Ах, государственное регулирование электронной коммерции — тема, способная взбодрить любого любителя бюрократии и правовых лабиринтов!
Представьте себе: рынок, словно большой супермаркет, где товары — это технологии, а покупатели — мы с вами. И вот тут на сцену выходит государство в роли строгого, но заботливого охранника, который не пускает в магазин всяких сомнительных личностей и следит, чтобы никто не устроил там бардак.
Ведь если дать рынку разгуляться без правил — получится что-то вроде детской площадки без воспитателя: кто-то построит песочницу из кирпичей, другой начнет качаться на качелях вверх ногами, а третий вообще решит устроить шашлыки прямо посреди горки.
Государственное регулирование призвано обеспечить порядок и доверие — особенно когда речь идет о электронной торговле. Тут не просто купить пирожок у бабушки на рынке; теперь дело касается электронных подписей и аутентификации. Если вы думаете, что поставить галочку «Я не робот» — это формальность, то вы глубоко заблуждаетесь!
Это как если бы вы пытались объяснить бабушке по телефону, что ваша новая работа связана с криптографией: она будет кивать головой и думать про огород.
Законодательство должно быть настолько понятным и прозрачным, чтобы даже самый далёкий от права человек мог сказать: «Ага! Теперь я понял!» Но тут начинается самое смешное. Законы иногда пишут так запутанно, что даже юристы начинают подозревать друг друга в заговоре против здравого смысла.
Вспоминается анекдот: пришёл мужик к юристу и говорит: «Доктор наук по праву мне сказал прочитать закон три раза подряд». Юрист ответил: «Ну что ж, читайте дальше — может поймёте хоть с пятого раза».
Именно поэтому Лон Фуллер предложил свои восемь принципов морали права — своего рода свод правил для законодателей. Чтобы законы были ясными как день и справедливыми как бабушкин борщ. Ведь если правила непонятны людям, они начинают их игнорировать или придумывать свои собственные версии закона.
Как в том старом анекдоте: два гражданина обсуждают новый закон, один говорит другому — «Ты понял этот закон?» Второй отвечает — «Понял… но я предпочитаю жить по старым правилам».
Интересно отметить парадокс точности в законодательстве. Законодатели стараются описать всё настолько детально, что получается настоящий юридический роман с кучей мелких шрифтов и примечаний. Но вот беда — чем точнее законописание, тем меньше он объясняет причину своих требований.
Это как если бы мама сказала ребёнку: «Не ходи туда», но не объяснила почему; ребёнок пойдёт туда из чистого любопытства или непослушания.
В сфере информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) эта проблема особенно актуальна. Технологии меняются быстрее ветра на море во время шторма, а законы порой напоминают древние манускрипты на латыни. И когда появляются новые гаджеты или программы, строгое следование устаревшим правилам превращается в фарс.
Вот типичная ситуация: бизнесмен пытается понять новый закон о криптографии и электронной подписи.
Он читает статью за статьёй и чувствует себя героем детективного романа Агаты Кристи — всё ясно до тех пор пока не появляется загадочный пункт 7б3/г1-2/а5 с примечанием о взаимодействии с облачными сервисами третьего уровня безопасности. В итоге наш герой звонит своему юристу и слышит в ответ: «Дорогой мой клиент, давайте мы лучше встретимся завтра после того как я изучу все комментарии к этому пункту».
А бизнесмен уже начинает думать о смене профессии на пчеловода.