Ах, этот славный закон РСФСР от 28 ноября 1991 года — настоящий шедевр бюрократической комедии! Представьте себе: документ, который вроде бы и должен был решить судьбу гражданства в новой России, но по факту оказался таким же запутанным, как попытка понять инструкции к микроволновке на китайском.
Если бы законы могли говорить, этот точно бы жаловался: «Ну кто меня так написал? Я же не могу сам себя применить!»
Начнем с того, что закон был принят 28 ноября 1991 года. Или, точнее, почти принят — ведь после первого чтения его отправили на доработку еще 15 ноября.
Получается, что закон словно школьник на экзамене: вроде написал работу, а преподаватель говорит — переделай! А потом опубликовали его аж 6 февраля 1992 года.
Вот только Конституция РСФСР строго-настрого предписывала президенту подписать и опубликовать все законы в течение двух недель после их принятия. Но тут время пошло своим чередом — и получилось, что документ был опубликован позже положенного срока.
Как говорится, поздно пить Боржоми — или поздно публиковать законы.
Смешно? А вот представьте себе чиновника того времени: он сидит с этим законом в руках и думает: «Ну как теперь объяснить людям, что у них есть гражданство России… если официально закона-то нет?» Это примерно как если бы вам сказали: «Ты наш сотрудник», но трудовой договор никто не подписал и дату начала работы забыли указать. В итоге получается юридический парадокс уровня «кто первый начал спор — тот и проиграл».
Идем дальше — формулировка «граждане бывшего СССР» в законе от конца ноября 1991 года звучит примерно так же логично, как спросить у динозавра о его водительских правах.
Ведь СССР официально прекратил свое существование только спустя две недели после даты принятия закона — 12 декабря 1991 года. То есть закон будто заглядывал в будущее и писал о том, чего тогда просто не было! Нечто похожее случилось с одним моим знакомым программистом: он однажды начал писать код для новой версии программы… которая выйдет через полгода.
В итоге программа работала отлично… только у всех пользователей еще не было компьютеров нового поколения.
Но вернемся к нашему законодательному шедевру. Закон предполагал, что все граждане бывшего СССР автоматически становятся гражданами РСФСР (а затем РФ), если проживают на ее территории на момент вступления закона в силу.
И при этом у них есть целый год на то, чтобы сказать «нет» этому гражданству — ну а если молчать, значит согласны. Звучит просто? Только представьте бабушку из глубинки с недоумением смотрящую на это правило: «То есть я должна выбрать за год?
А если я забуду? Или если внучок скажет „бабушка не трогай эти бумажки“?» Тут уж лучше сразу анекдот вспомнить:
— Бабушка, ты уже выбрала гражданство?
— Да я даже телевизор настроить толком не могу!
А вот еще забавный момент: закон никак не учитывал интересы тех самых недееспособных граждан — детей или людей с ограниченными возможностями — которые по определению сами сделать выбор не могли. Их судьба зависела от взрослых представителей (родителей или опекунов).
Получается ситуация из старого анекдота про выборы:
— Выборы прошли успешно! Все проголосовали!
— Даже дети?
— Ну… дети за родителей голосовали.